Рвач прислонился к дверному косяку и скрестил руки на груди.

– Я говорю, старик, – заявил он, – только про то, что вижу, вот и все. Мы находимся, между прочим, на планете, где до хрена парков с зашибенными аттракционами. Катайся – не хочу, как говорится. Так нет же! Все эти твои происки с Язукой тебя по рукам и ногам связали!

– Не с Язукой, а с Якудзой, – поправил друга Суши. – Послушай, не сердись, ладно? Но мне правда надо закончить сообщение. А ты с кем-нибудь еще сходи на этот раз покататься, о'кей?

– И с кем же, к примеру? – прищурился Рвач. – Клыканини, пожалуй, не откажется пойти со мной, но о чем с ним болтать, пока мы будем торчать в очереди? Он же как пить дать достанет какую-нибудь умную книжку и примется ее штудировать.

– Ну, позови Махатму или гамбольтов, – рассеянно посоветовал другу Суши.

– Ну да, пойдут они, как же. Их разве оторвешь от тренировок? Нет, Суши, эти салаги просто какие-то фанаты тренировок, глаза бы мои на них не смотрели. Ну ни одного нету такого, чтоб понимал, как это славно – хорошенько посачковать.

Суши осклабился.

– Да, пожалуй, что нету таких среди них. А помнишь, Рвач, как на планете Хаскина мы переделали автомат для коктейлей в тотализатор? Нажмешь кнопку «Прунола-лайт» – и делай себе ставки на здоровье.

– Угу, – усмехнулся Рвач. – Работал как миленький, покуда Шоколадный Гарри не нажаловался в дирекцию и не наболтал, что автомат неисправен – банки не выбрасывает, дескать.

– Да… – кивнул Суши. – А ведь мы-то и не думали, не гадали, что кому-то придет в голову возжелать испить этой бурды. – Он наконец оторвал взгляд от экрана компьютера и расхохотался. – Но ты прав: никто из нынешних салаг ни за что не додумается до такой проделки. И уж тем более они не допетрят заменить себя голографическими изображениями, дабы те вместо них стояли на посту ко времени патрулирования лейтенанта Армстронга.

– Ага, – гоготнул Рвач. – И честно говоря, Армстронг бы точно ничегошеньки не заметил, если бы я не забыл отключить проектор после того, как сменился с поста. Эх… – мечтательно протянул он. – Вот ведь времечко было, а?