- До сих пор не могу поверить, что ее больше нет, - негромко сказала Сью, закрыв глаза и покачав головой. - Она была такой живой, намного живее всех на свете.

- Ее пламя только ярче запылало, - сказала Мередит, разглядывая на потолке круги от красно-золотой лампы. Ее голос был мягким, но полным внутренней силы, и вдруг Бонни подумала, что это - самые правильные слова, которые ей приходилось слышать о Елене.

- Бывали периоды, когда я ее ненавидела, но не замечать ее я не могла никогда, - призналась Кэролайн. Она прищурила зеленые глаза, погружаясь в воспоминания. - Она была не из тех, кого можно игнорировать.

- Ее смерть открыла для меня одну истину, - сказала Сью. - Это может случиться с любой из нас.

Нельзя терять ни минуты, потому что никогда не знаешь, сколько тебе осталось.

- Может быть, шестьдесят лет, а может - шестьдесят минут, - глухо добавила Викки. - Каждая из нас может умереть… да хоть сегодня вечером.

Бонни беспокойно поежилась. Но не успела она вставить слово, как Сью продолжила:

- До сих пор не укладывается в голове, что ее действительно нет. Иногда у меня бывает ощущение, что она где-то рядом.

- И у меня, - горячо отозвалась Бонни. Перед ее мысленным взором снова появились Теплые Ручьи, и на мгновение эта картинка показалась ей более живой, чем погруженная в полумрак комната Кэролайн. - Прошлой ночью я видела ее во сне, и мне показалось, что это не сон, а настоящая Елена, и она пытается мне что-то сказать. У меня до сих пор такое чувство, - добавила она, повернувшись к Мередит.

Все молча уставились на нее. Когда-то давно над Бонни посмеивались, если она говорила о чем-то сверхъестественном, но те времена прошли. Ее экстрасенсорные способности были непререкаемы и вызывали смешанное со страхом уважение.

- Правда? - выдохнула Викки.

- А что, по-твоему, она пыталась сказать? - спросила Сью.