Я задохнулась от ужаса; Диего приземлился рядом со мной.

— Может, закопаемся под крышу? — прошептала я. — Это спасет?..

— Не паникуй, Бри, — удивительно спокойно произнес Диего. — Я знаю одно место. Пошли.

И грациозно прыгнул с края обрыва.

Вряд ли вода достаточно надежно укроет нас от солнца. Но может, в воде мы хотя бы не загоримся? Так себе планчик, вообще-то.

И все же я не стала закапываться под выгоревший остов дома, а нырнула вслед за Диего. Сама не знаю почему, и это само по себе было странно. Ведь обычно я поступала так, как всегда — следовала привычному курсу.

Я догнала Диего уже в воде. Он опять плыл наперегонки, только теперь уже без дураков. Наперегонки с солнцем.

Он обогнул небольшой остров, нырнул… и неожиданно скрылся в расщелине, которая прежде казалась мне лишь каменистым выступом, и оттуда меня обдало гораздо более теплым течением.

Какой Диего молодец, что знает это место! Конечно, мало веселого просидеть весь день в подводной расщелине (не дышать несколько часов подряд достаточно противно), но это все равно лучше, чем обратиться в прах. Надо думать, как Диего… В смысле, о чем-то помимо крови. Надо быть готовой к неожиданностям.

Диего двигался все дальше по узкой расщелине в скалах. Тут царила кромешная тьма. Безопасно. Плыть здесь уже не получалось — слишком узко, — поэтому я пробиралась вперед, извиваясь, буквально просачиваясь по тесным изгибам. И тут Диего вынырнул на поверхность.

Я тоже вынырнула… замешкавшись на полсекунды.

Пещера. Точнее, небольшое углубление, ямка объемом с «фольксваген-жук», а в высоту даже меньше. В дальнем конце имелся еще один узкий лаз; оттуда проникал свежий воздух. В известняковых стенах многократно отпечатались пальцы Диего.