Когда я писала сюжетную линию Бри, я впервые стала излагать от лица «настоящего» вампира — охотника, чудовища. Мне довелось взглянуть ее красными глазами на нас, людей; мы вдруг сделались такими жалкими и слабыми — легкая добыча, не имеющая никакого значения, разве что только в качестве аппетитной закуски. Я почувствовала, каково это — одиночество среди врагов, постоянная настороженность, всегдашняя неуверенность во всем, кроме того, что жизнь твоя все время в опасности. Мне пришлось погрузиться в существование совершенно иной породы вампиров — новорожденных. Я ведь еще и не начинала обдумывать жизнь после обращения… даже после того, как Белла наконец-то сделалась вампиром. Белла никогда и не была такой новорожденной, как Бри. Жизнь новорожденной оказалась захватывающей, темной и, в итоге, трагичной. Чем ближе к неизбежному концу, тем сильнее я жалела, что не закончила «Затмение» чуть-чуть иначе.

Интересно, как вы отнесетесь к Бри? Совершенно проходной, казалось бы, незначительный персонаж в «Затмении». С точки зрения Беллы, жизнь ее длится какие-то пять минут. И все же история Бри очень важна для понимания всего романа. Читая ту сцену в «Затмении», когда Белла смотрит на Бри, разглядывает ее, как собственное возможное будущее, вы хоть раз задумались, что же произошло с Бри в прошлом? Пока Бри в ужасе озиралась вокруг, гадали ли вы, какими ей кажутся Белла и Каллены? Нет, наверное. Но если да, — держу пари, вы так и не разгадали ее секретов.

Надеюсь, в конце концов вы привяжетесь к Бри так же сильно, как и я, хотя это, в общем-то, и жестоко с моей стороны. Вам уже известно: для нее все закончится плохо. Но теперь хотя бы вы узнаете ее историю с самого начала. И поймете, что несущественных точек зрения не бывает.