И приветливо улыбнулся.

Этот парень, Диего, не такой, как остальные. Как бы сказать… спокойный, что ли. Нормальный. Не сейчас нормальный, а прежде. Глаза у него темнее, чем у меня, более густо-красные. Видимо, уже давно вампир, как и говорят.

Из трущоб Сиэтла доносились ночные звуки. Где-то играла музыка, низко гремели басы; какая-то парочка нервно и торопливо семенила прочь; издалека долетало пьяное пение не в лад.

— Тебя зовут Бри, так? — спросил Диего. — Ты новенькая?

Мне это не понравилось. Новенькая.

— Ага, Бри. Но я не из последней группы. Мне почти три месяца.

— Ловко справляешься для трех месяцев, — заметил он. — Мало кто смог бы вот так спокойно оставить место аварии.

— Не хотела связываться с обезьянами Рауля.

— Аминь, сестра. От этих ничего хорошего не дождешься.

Странный этот Диего. Говорит — как будто просто так болтает, с приятелем из прежней жизни. Ни враждебности, ни подозрительности. Словно и не думает, легко ли удастся прикончить меня прямо здесь.

— Сколько ты уже у Райли? — с любопытством спросила я.

— Одиннадцатый месяц пошел.

— Ого! Дольше Рауля!

Диего закатил глаза и сплюнул с крыши ядом.

— Ну да, помню я, как Райли этот мусор притащил. С тех пор все хуже и хуже.

Я помолчала; гадала, считает ли он мусором всех, кто младше. Хотя мне-то что. Мне сейчас вообще все равно, кто что думает. Больше незачем об этом волноваться. Как сказал Райли, я теперь богиня. Сильнее, быстрее, лучше. Остальные не в счет.

Диего тихо присвистнул.

— Вот они! Всего-то немного потерпеть. — Он указал вниз, через дорогу.

Там, в лиловой черноте теней за углом, какой-то мужик матерился и лупил молодую женщину. Судя по одежде, сутенер с двумя ночными труженицами.

Именно так и наставлял нас Райли. Нападайте на отбросы. Выбирайте людей, о которых никто не беспокоится, тех, кто не спешит домой, к семье, тех, кого не станут искать.