Она почувствовала, как его руки освободили ее волосы, и те каскадом заструились по спине. Он спустил пальто ее с плеч, и она позволила ему упасть на пол. Пробежав руками по ее плечам, он отодвинулся, пожирая ее голодными глазами. Еще ни один мужчина так не смотрел на нее. Взглядом полным дикого желания, абсолютной одержимости.

Испуганная и взволнованная, она сняла с него пальто. С глазами, потемневшими от неудовлетворенного желания, Себастьян стянул пиджак и отбросил его в сторону, не опасаясь, что тот изомнется. Ее бросало в дрожь оттого, что она значила для него больше, чем безупречность костюма.

Он ослабил галстук и снял его через голову.

Его глаза смягчились, когда Чэннон потянулась, чтобы расстегнуть его рубашку. Он поймал руку девушки и легонько поцеловал кончики пальцев, посылая сквозь нее потоки наслаждения, а потом вновь поднес ее ладонь к пуговицам, пристально наблюдая за ней.

Сгорая от болезненного желания, Чэннон освобождала пуговки из петелек его рубашки. Она следовала взглядом за движениями рук, пристально наблюдая, как обнажается его кожа, медленно — сантиметр за сантиметром.

О, боже, у этого мужчины было тело, словно вырвавшееся из ее снов. Его безупречно тугие мускулы были покрыты самой потрясающей смуглой кожей из всех, что она когда-либо видела. Темные волоски покрывали его кожу, делая его еще более похожим на хищного зверя, еще более опасным и мужественным. Чэннон замерла, дотронувшись до ребер, покрытых шрамами. Она провела по ним рукой, почувствовав, как он резко вдохнул, когда ее пальцы коснулись более гладкой, выступающей кожи.

— Что с тобой произошло?

— У драконов острые когти. — Прошептал он. — Иногда я не успеваю вовремя убраться с их пути.

Она дотронулась до ужасного шрама над его бедром.

— Может тебе стоит сражаться с теми, что помельче.