– В чем дело, Мика? Да остановись же ты наконец и поговори со мной!

– Они напали на нас.

– Здесь?

– Щенок валига. Гарун. И этот иностранец Мегелин Радетик. Они точно знали, где мы. – Эль Мюрид повел рукой, указывая на погибших, и добавил: – Шестьдесят два человека убиты, Нассеф. Самых лучших. Некоторые из них шли с нами с первых дней.

– Судьба – изменчивая сука, Мика. Они бежали и наткнулись на тебя совершенно случайно. Неприятно, конечно, но подобное на войне не редкость.

– Случайностям нет места в мире, Нассеф. Силы Света и Тьмы постоянно ведут сражение, и мы поступаем согласно их воле. Враги хотели убить Сиди. А Мириам… – Его душили слезы. – Что мне делать без нее, Нассеф? Она – моя сила. Моя скала. Скажи, почему Творец требует от меня таких жертв?

Но Нассеф уже не слушал. Он бросился на поиски сестры. Военачальник стремительно шагал, яростно отдавая на ходу приказы. Ученик, спотыкаясь, брел следом.

Мириам была в сознании. Она слабо улыбнулась, но ничего не сказала. Лекарь затрясся от страха, когда Нассеф стал задавать ему вопросы. Эль Мюрид встал на колени и взял жену за руку. По его щекам текли слезы.

– Все не так плохо, я видывал людей, переживших и более серьезные раны, – произнес Нассеф, нежно поглаживая сестру по плечу. Мириам морщилась от боли. Она отказалась принимать болеутоляющие снадобья Эсмата. – Ты, сестренка, будешь в полном порядке к тому дню, когда твоя дочь получит имя, – продолжал Нассеф. Бич Божий опустил руку на плечо Эль Мюрида и сжал так сильно, что Ученик едва не взвыл от боли. – Они дорого заплатят за это, брат. Обещаю. – Он поманил к себе одного из Непобедимых и приказал: – Найди Хаджа (Хадж командовал телохранителями Эль Мюрида). Я дам ему шанс искупить свою вину.

У Непобедимого от изумления отвисла челюсть.