– Да успокойся же, – рассердилась Мириам, – ты ничего не можешь сделать, кроме как изводить себя.

Она обняла его за плечи, и их кони бок о бок двинулись через ряды облаченных в белые балахоны телохранителей, именуемых Непобедимыми. Вскоре они оказались у скал, где расположились остальные домочадцы со всем хозяйством. Некоторые спали.

Как они смеют? Может случиться так, что в любой момент надо будет спасаться бегством… Ученик недовольно фыркнул. Видимо, они решили отдохнуть: ведь если битва будет проиграна, времени для сна уже не будет.

Затем он, Мириам и Сиди слезли с седел, а дочь отъехала, чтобы проверить дозоры.

– В ней течет кровь рода эль Хабиб, – сказал он жене. – Ей всего двенадцать, а она уже сейчас – маленький Нассеф.

Мириам уселась на поданный слугой соломенный тюфяк и пригласила супруга сесть рядом.

– Отдохни, – сказала она. – А ты, Сиди, будь добр, узнай, приготовила ли Альтафа лимонад. Какая холодная ночь, – добавила она, теснее прижимаясь в мужу.

К этому времени Эль Мюрид совсем успокоился.

– Что бы я без тебя делал? – с улыбкой произнес он. – Посмотри. Ты видишь над долиной отсветы пламени? – Ученик попытался подняться, но Мириам потянула его вниз.

– Успокойся. От того, что ты суетишься, – ничего не изменится. Скажи лучше, как ты себя чувствуешь.

– Чувствую?

– Болит что-нибудь?

– Совсем немного. Малюсенькие боли там и сям.

– Хорошо. Мне совсем не нравится, как Эсмат травит тебя лекарствами.

Если ему в Мириам что-нибудь и не нравилось, то это её отношение к лекарю. На сей раз он проигнорировал её слова и сказал:

– Поцелуй меня.

– Здесь? На нас смотрят люди.

– Я – Ученик и могу делать все, что захочу, – негромко рассмеялся он.

– Животное. – Она поцеловала его и, сморщив носик, заметила: – Какая ужасная борода. Интересно, куда подевался Сиди?