С ладьи спустили легкие маневренные плоты и, споро погрузившись на них, вооруженные до зубов бойцы революции, матерясь и перебрасываясь солдатскими остротами, ринулись по речке Калинке к ближайшей пристани, чтоб влиться в ряды победоносного народного восстания. И над всем этим разлитием благородного гнева несся клич на языке далекого Тибра:

– Авэ, Цезар, моритури тэ салутант!..

Все счастливые женщины счастливы, как известно, примерно одинаково. Все несчастные – несчастны по-своему. То бишь со своими тараканами на кухне и бесполезными истериками по поводу разбившегося подаренного когда-то мамой сервиза и неудавшейся личной жизни. Можно считать это вводной фразой. Итак…

Моя первая сказка про персональное женское счастье, как и положено подобной сказке, заканчивалась свадьбой, где «мед-пиво по усам текли, а в рот попадала исключительно водка». Зато вторая сказочка, вопреки всем традициям отечественного и мирового фольклора, началась с развода. В самом деле, возьмите любую хрестоматию народных сказок, пролистайте все фолианты, и вы не отыщете подобного начала: «В некотором царстве, в некотором государстве жили-были царь с царицею, и порешили они развестись»… Сто процентов, что такого вам нигде не вычитать! Ладно. Это все – только присказка. Итак…

В бывшем царстве, а ныне капитал-демократическом государстве жила-была некая Василиса Премудрова (то есть я). И был у нее супруг, высококвалифицированный донжуан шестого разряда именем Константин, что означает «постоянный»… Он и был постоянен в своем пристрастии к пикантному и утешающему обществу зеленого змия и разнообразных подружек. Впрочем, имя моего незадачливого супруга, равно как и его пристрастия, для этой сказки не важны. Тем более что я ведь все равно с ним развожусь. На веки вечные.

Я, Василиса Никитична Премудрова, стояла у неприступных дверей загса и ждала положенного часа, в который эти двери отверзнутся, и начнется наконец обещанный на тусклой дверной табличке «Прием граждан».