Это был барон Кэмпбелл, давний вассал семьи графа. На его плече с подчеркнутой небрежностью был накинут плед в голубых и золотых полосах. В руке он держал шлем. Бран покачал головой.

– Уровень реки изменился на сегодня?

– Глубина реки все еще пять футов, милорд. Есть места, где глубина такая, что вода может скрыть человека на лошади. Вряд ли сегодня король Торента спустится с гор.

Бран поднес стакан к губам, сделал еще глоток, а затем кивнул.

– На сегодня все как обычно: часовые патрули по границам лагеря. И пошли ко мне оружейника: у меня что-то не в порядке с новым луком.

– Хорошо, сэр.

Кэмпбелл отдал честь и отправился выполнять приказы командира.

Из соседней палатки вышел человек в серой невзрачной одежде со свитками пергамента в руках.

Бран скучающе взглянул на него, и человек, отвесив низкий почтительный поклон, протянул ему документы.

– Ваши письма готовы. Остались только подписи. Гонцы ждут приказаний.

Бран с легким кивком взял документы и начал бегло их просматривать. Выражение скуки на его лице усилилось. Он передал писцу бокал с вином, а сам принялся небрежно ставить подпись на каждом листе. Закончив, он вернул бумаги писцу и забрал у него свой бокал.

Бран уже хотел было вернуться к прежнему занятию – задумчиво смотреть на склоны гор, прихлебывая вино, но покашливание писца, старающегося привлечь его внимание, помешало ему.

– Милорд…

Бран недовольно повернулся к нему.

– Милорд, ваше письмо графине Риченде… Вы не хотели бы опечатать его?

Взгляд Брана упал на кипу бумаг, а затем снова на лицо писца. Он вздохнул, снял тяжелый серебряный перстень.

– Ты видишь это, Джозеф? – спросил он, опуская перстень в ладонь слуги.

– Да, милорд.

– Отвезешь письмо лично. И постарайся убедить мою жену и наследницу переехать в какое-нибудь нейтральное место, лучше всего в Джассу. Там под защитой епископов они будут в безопасности.