Уходить из-за стола не захотелось – да и кто уйдет, выиграв впервые в жизни? Иллари остался, партнер удвоил ставку, затем утроил. Через полчаса обнаглевший Иллари предложил партнеру сыграть на меч и самострел, ибо иначе тому оставалось или встать из-за стола, или снять штаны. Играть на оружие партнер отказался, потребовал бумагу и положил на кон передаточную запись на небольшое именьице. Чернила еще не просохли, когда Иллари взял бумагу со стола.

– И как это я так? – недоумевал потом Иллари, разглядывая выигрыш.

– Наивный ты человек, господин, – смеялся джет. – Даже странно.

– А что тут странного? – поинтересовался Иллари, вытягивая ноги.

– Как это – что? – джет, присев на карточки, расшнуровывал его сапоги. – Он ведь профессионал, верно?

– Пожалуй, – лениво согласился Иллари.

– Профессионал, – уверенно возразил джет. – В хайту играют только профессионалы да лопухи вроде тебя, господин, которые ждут – не дождутся, чтоб их облапошили.

– Ну и что? Тем более странно.

– Он же тебя узнал, господин. Неужели не помнишь? Третьего для, в том переулочке. Ты его тогда славно отделал.

– Если я буду помнить всех, кому я набил морду, – проворчал Иллари, – ни на что другое моей памяти не хватит. Голова лопнет. Я помню только тех, кто набил морду мне. Кстати, не хочешь попробовать?

– Если честно – нет, господин.

– Зря отказываешься, – недовольно поморщился Иллари. – Я, конечно, тяжелее, но твое положение совсем не безнадежно.

– В другой раз, господин. Хорошо? – джет откинул челку и серьезно посмотрел на Иллари. – Я бы очень не хотел. Если бы не этот поганец Лохар, ты бы и знать не знал, как я дерусь.

– Много воли взял, паршивец, – уступил Иллари. – Плащ прибери. Кстати, о Лохаре. Что это за талисман такой?

Джет снова посмотрел на Иллари.

– Это мой разум, господин, – тихо сказал он. – Без него я через неделю стану таким же, как все здешние джеты.