— Нет, Кентен, — говорю я сонно, — я не знаю, почему исчезли динозавры.

— У учёных есть несколько гипотез… — процитировал мне Кентен, который буквально заучивал энциклопедии наизусть. — Ты знаешь, что такое «гипотеза»?

Я пробормотал: «Нет». Я чувствовал, что засыпаю. Издалека я услышал:

— Возможно, что вулканы загрязнили атмосферу…

…Также есть предположение, что это гигантский метеорит… отступление вод Мирового океана… Я заснул.

— А почему появились люди? Папа… Папа!

Он трясёт меня.

— Почему появились…

— Да не знаю я, Кентен, — и мне пофиг!

Его губы ещё раз безмолвно произнесли «почему». Его глаза потемнели. Он уходит, идёт в свою комнату. Но его взгляд так и стоит у меня перед глазами. Когда он был маленьким и смотрел на меня так, я даже боялся его. Когда ему было столько же лет, сколько сейчас Артуру, он спросил меня:

— А почему мы живём?

Он задал мне тот же вопрос?! Я вскакиваю из кресла. Нужно сказать Кентену, что мы живём, потому что до нас были другие люди. Нужно сказать ему, что его мама и я, мы полюбили друг друга, и поэтому он родился.

Я крадусь к его комнате. Я не должен разбудить Артура, который спит рядом. Тихонько открываю дверь и… что я вижу? Кентен стоит на кровати и разрисовывает стену.

— Хм-м-м… Тебе помочь?

Кентен аж подскакивает. Он быстро спускается с кровати и выпрямляется передо мной.

— Это моя комната. Я делаю, что хочу.

Бац! Я не сдержался и ударил. Я смотрю на красный след моей руки на щеке моего сына. Это сделал Я?

— Извини меня, Кентен, я не хотел. Но ты…

— Да ладно, ничего, — холодно отвечает он.

По его глазам я вижу, что он не забудет. Я же не забыл, что моя мать ударила меня из-за половой тряпки и чашки кофе. Я мямлю: