– От этого стада зависит не только гарнизон, – сказал молодой человек, несколько неуверенно переводя взгляд с невзрачной очкастой фигуры Драконьей Погибели, одетого лишь в перепачканную сажей рубашку, штаны из оленьей кожи и сапоги, на Ведьму Мерзлого Водопада. Его звали Борин, он был лейтенантом кавалерии гарнизона, и подобно большинству южан, был вынужден сдерживать себя, чтобы не скрестить пальцы против зла в присутствии Дженни. – От крупного рогатого скота зависят также и поместья, которые Регент пытается создать, чтобы содержать все новые гарнизоны – для разведения и пополнения запасов. А мы потеряли семь, может, восемь быков и почти всех коров, которых смогли собрать – туши освежевали и разделали, а вот все пастбище уничтожено огнем.
Джон бросил взгляд на Дженни, которая почти читала его мысли. Пятнадцать коров и быков – это много.
– А ты хорошо его разглядел?
Борин кивнул. – Я видел его, когда он улетал на другую сторону Скеппингских Холмов. Зеленый, как я вам говорил прошлой ночью. А шипы и рога на спине и кончик хвоста были темно-красными, цвета крови.
На мгновение стало тихо. Ян на другой стороне двора аккуратно прислонил два гарпуна к длинному сараю, который служил Джону мастерской; сержант Маффл оперся на глиняную печку, похожую на улей, в центре загона и вытер пот с лица. Джон тихо сказал: – Зеленый с темно-красными рогами, – и Дженни знала, почему у него между бровей появилсь вертикальная морщинка. Он выуживал из памяти имя звездной птицы таких цветов в древних списках драконов. Телтевир, гелиотроповый, говорил древний список, переданный по памяти столетия назад, собранный кем-то, кого никто уже и не знал. Сентуивир, голубой, с золотом на суставах.