Вышла за дверь и тут же присела. Аккуратно не получилось, губки слиплись, и я вся обмочилась. Стянула трусики и подтерлась. Ну, ничего, такое бывает, успокаиваю себя. Спешу назад, мне нестерпимо хочется опять видеть ее. Переступаю порог и в первое мгновение не верю своим глазам. Мне все еще кажется с яркого света, что это все, мне только кажется. Нет! Я не верю своим глазам!

Юлька по-прежнему на спине, с руками, запрокинутыми за головой, обнаженная по пояс, лежит и смотрит перед собой на Маринку, которая в пол оборота, навалилась и на нее со своим раскрасневшимся от напряжения лицом и целует ее прямо в губы. При этом я вижу, как Юлька водит по своей груди рукой Маринки, которую накрыла сверху и прижимает к своим тортикам. Я сразу же понимаю, что она вместо меня, пользуется ими, припала к ним и так сосредоточена, что на меня, даже никакого внимания не обращает. Делаю шаг, а затем со злостью в голосе громко спрашиваю.

— Так, так! Это, что же такое получается?

Маринка вскидывает лицо, за взъерошенными, ниспадающими волосами растеряно смотрит на меня с полураскрытыми губками. Юлька, даже не шевельнулась, а спокойно так отвечает.

— Не отрывайся, милая, продолжай, продолжай! Ты все делаешь, как надо. Милая! А ты детка не мешай! Ступай, ступай, тебе девочка, еще рано.

— Это я то, девочка?! Да я уже женщина!!!

— Что, что? Ты это о чем? Малышка!

Ей поддакивает Маринка из-за ее груди.

— Ты, о чем это? Какая же ты женщина? Ты же, тебе же… Да у тебя же нет никаких оснований и доказательств!

Меня сразу же бросило в краску, и я в свое оправдание, почти кричу им и протягиваю в их сторону руку с трусиками.