Обе неуклюжи, тонкие косточки торчали к месту и не к месту и только два выпирающих маленьких шарика на груди указывали на нашу половую принадлежность. Мы были просто очень похожие, друг на дружку и казались окружающим отчаянными пацанками. Только Маринка была выше меня почти на целую голову.

Тетка жила в поселке, у самого берега Азовского моря. Она, давно была в разводе и жила вдвоем с дочерью в собственном доме. Так что места нам всем хватало с избытком. Утром, она уходила на работу, и мы с Маринкой боговали. Те небольшие обязанности и поручения, которые давались нам, мы быстро выполняли, а затем весь день могли заниматься тем, чего мы хотели. И мы хотели и тем занимались, проказничали.

Нам нравилось рано, поутру, уезжать на стареньком велосипеде, далеко за поселок. Там, мы могли купаться нагишом, укрываясь от посторонних глаз за крутым и обрывистым берегом, а потом поваляться с голыми пузиками и попками на солнышке еще часик, пока не вставало и не пригревало солнышко. Но оно нам вовсе не мешало, просто мы очень боялись засветиться в таком виде и поэтому рано заканчивали процедуры. Часам к восьми мы уже возвращались в дом. Тетка уходила на целый день, на работу. Мы готовили себе завтрак и с аппетитом ели. Нам было легко и свободно, мы были счастливы.

Но была у нас, с моей двоюродной сестрой, еще одна причина так поступать. И я, годы спустя, с волнением вспомнила, как это началось с нами.

Тетка пускала на лето квартирантов и к моему приезду, в тот год, у нее снимала жилье семья отдыхающих. Муж, жена и взрослая дочь. В саду стояла времянка, которая и сдавалась для отдыхающих. Времянка, представляла собой, маленький и аккуратненький домик, с низкими, почти у самой земли, небольшими окнами. Времянка каменная, очень уютная и всегда чистенькая. Раскидистые ветви черешни и вишни укрывали времянку от яркого и палящего солнца. Она стояла в саду, как маленький сказочный домик и пользовалась популярностью у отдыхающих.