Пока я пыхтела, она уже быстро шагала по мелководью, ослепляя меня своим привлекательным голым телом. Я видела, как у нее перекатываются белые булочки восхитительной попки и как из-за обводов спины покачиваются в стороны ее обнаженные груди. Наконец я решилась и, вздохнув полной грудью, быстро сбрасываю с себя остатки цивилизации. Я устремилась в воду следом за исчезающей в волнах фигуркой. Вода обволакивает голое тело, и оно радостно отзывается, клокочет и бунтует, требует любви.

Потом мы наперегонки выскочили на берег. Млада обтиралась полотенцем, а я не сводила с нее глаз. Как она прижимает и обтирает груди, как вытирается между ног. При этом она каждый раз слегка приседает и наклоняется, и я вижу гребешки ее малых губ в треугольнике между ее ног, которые чуть выступают и они сморщенны от воды. Эти сморщенные гребешки губок все время у меня перед глазами. Млада подолгу не лежит рядом, она, то садится, то перекладывается, поэтому я все время вижу ее голое тело перед собой. Когда она встает и поворачивается ко мне задом, я замираю и уже не могу оторвать от нее своих восхищенных взглядов. Ее обнаженная фигурка прекрасно вписывается в окружающее нас великолепие тропической природы. На фоне прозрачной, преходящей в синеву голубизны воды она смотрится как голливудская дива. У нее худощавые ноги, которые образуют завораживающий треугольник в основании ног, под ее попкой. Когда она стоит от меня на солнце, то я вижу у нее между ног, в этом треугольнике, плоть, выступающую тугим валиком и эти гребешки губок.

Каждый раз, когда я так рассматривала ее, она замечала это и возбуждающе не громко смеялась, дурачилась и бросалась песком. А я видела ее голое тело, я им любовалась.

Потом приходили завтракать, переодевались в шорты и шли на прогулку в пальмовую рощу. Часто приносили к столу что-нибудь из рощи или с берега моря. Обычно это были кокосы, которые нам нравилось выпивать вечером, сидя на балконе.