Я борюсь сразу с двумя, с впивающимися в мое тело ветками и Младой. Секунду мне кажется, что я побеждаю. Но затем меня предает мое тело. С каждым мгновением я ощущаю, как вместе с рывками моего тела, под натиском бешеных ласк, мои руки слабеют. Я чувствую ее горячие губы и скользкий и горячий язык, ощущаю щемящие касания, лизания, остро тянущие толчки ее языка. Мое тело, все эти долгие месяцы ждущее ласк, вместо борьбы, с каждой секундой слабеет и наливается ответной страстью. Я все еще пытаюсь сохранить преданность своей любимой Женьке и сопротивляться, поэтому громко шепчу ей.

— Млада! Прекрати! Что ты делаешь!!!

— Ты слышишь… милая!!! — Внезапно срываются у меня с губ, эти, такие желанные слова.

— Милая, милая, моя девочка! — уже страстно шепчу я. — Что ты со мной делаешь? Ты губишь меня! Ми. ла. я! А..а..а!!! — Стону.

Я слышу, но уже не понимаю, что я дальше шепчу ей. Мне уже кажется, что это не Млада, а Женечка, сладко ласкает и терзает мое лоно. Я вся обращаюсь к ней, навстречу своей вывернутой и чувствительной плотью. Ощущаю каждое прикосновение и движение ее влажного и горячего языка, внутри немеющего в истоме и восторге тела. Я понимаю, что не могу этого видеть, но у меня перед глазами все время ее распростертые губы и язык, проникающий в меня сильно и глубоко. Я начинаю ощущать, как под непрерывным натиском необузданной, в своей страсти Млады, я начинаю чувствовать и ждать ударов этой чудесной волны вожделения, которая с каждой секундой все, нарастая, поднимается изнутри меня. Вот уже первые волны ее сотрясают мое тело, заставляя сжиматься внутри все мои внутренности и мышцы. Я уже почти нечего не чувствую вокруг, кроме этих волшебных накатов, посылаемых мне Младой. Сквозь эти накаты вдруг прорывается мысль. А как же любимая, как же Женечка? Но я, тут, же теряю эту мысль, под ударами языка Млады, безжалостных ощущений от его глубокого проникновения в самое лоно.

— Еще, еще! — Шепчу я, вместо слов раскаяния и отчаяния.