Раздались неистовый женский визг и требования продолжать. Причем некоторые из зрительниц уже давали совершенно конкретные советы. Мачо посматривал на них через плечо, улыбался и что-то нечленораздельно выкрикивал в микрофон. Потом вдруг снова высоко подпрыгнул и сделал в воздухе кульбит. Проделав этот трюк еще дважды, Мачо повернулся лицом к аудитории. Публика с удивлением увидела, что его мужская плоть уже находилась в черном кожаном мешочке, висевшем на опоясывавшем талию тонком шнурке.

– Теперь мне нужен доброволец из публики, – сказал он в микрофон и неожиданно спрыгнул с помоста в зал. Луч светившего откуда-то сверху прожектора последовал за ним. Мачо подбежал к сидевшей в первом ряду очень полной женщине и уселся к ней на колени. Его ладонь легла на ее большую мягкую грудь. Женщина сделалась пурпурно-красной, но все же обняла Мачо за шею и прижалась к нему так крепко, что он с трудом сумел высвободиться.

Когда это ему все-таки удалось, он, петляя между столиками, бросился к бару, у которого стояла миниатюрная девица в мини-юбке и потягивала из бокала вино. Мачо взял у нее бокал, пригубил его и сделал брезгливую гримасу.

– Ваша лошадь больна диабетом, – громко сказал он. – Я могу помочь. Желаете?

Он взял девушку за руку.

– Ни в коем случае! – фыркнула она, отдернув руку.

Тогда Мачо наклонился над симпатичной блондинкой в черной кофточке. Та в ужасе отпрянула, но сидевшие рядом друзья не позволили ей убежать, а, наоборот, подтолкнули к Мачо.

– Вот и нашелся доброволец! – громогласно объявил он, беря девушку за руку и выводя на помост.

Та продолжала сопротивляться, но только для вида. Публика принялась громко аплодировать. Раздались крики: «Разденьте ее!» Из динамиков полилась мелодия модного медленного танца.

– Встаньте на колени! – приказал Мачо, покачивая в такт бедрами.

Блондинка захихикала, посмотрела в сторону сидевших за столиком друзей и, видимо, получив их молчаливую поддержку, опустилась на колени.