А тут вдруг, как бы по сигналу, ходули повернули и направились в сторону Дороты! Что тут только было! Дорота вначале остановилась, как бы не веря собственным глазам, а потом как пустится бежать. Честное слово!

А со стороны получилось так, будто ходули, действительно, гнались за нею.

Но эта игра, в конце концов, надоела Каролинке, и они с Петриком принялись раздумывать, что бы им теперь сделать.

Тогда Петрик предложил:

— Знаешь что? Пошли в тот большой универмаг. Поиграем там немного!

— Чудесно! — согласилась Каролинка. — Но только что будет, если тётя через окно увидит, что меня нет во дворе?

— Да, верно; то же самое может быть и с моей мамой. Она будет страшно волноваться, куда я делся! Погоди, погоди, что же нам делать? Слушай! Я уже знаю! Мы напишем письма — ты — тёте Агате, а я — моей маме. И им будет спокойнее, и у нас будет чиста совесть!

Дверь Каролинкиной квартиры была заперта. Но письмо им удалось просунуть в щель.

Дорогая тётя Агата. Я иду немножко поиграть с Петриком. Обо мне не беспокойся.

Любящая тебя Каролинка.

В квартиру Петрика попасть было значительно легче. Зато тут произошла совсем другая история. Когда письмо было уже совсем написано, дверь вдруг захлопнулась, и раздался скрежет ключа в замке. Это ушла мама, по всей вероятности, к зубному врачу.

— Нас заперли, — в отчаянии воскликнул Петрик. — Я прекрасно знаю, что мама пробудет там не меньше двух часов. Всё пропало!

— Почему? — удивилась Каролинка, — Ведь мы можем выйти и сами захлопнем за собой дверь.

— У нас такой замок — его нельзя открыть, если мама забрала ключ. Идём — сама увидишь.

Действительно, дверь была заперта, и мама взяла с собою ключ. Петрик чуть было не расплакался. Вдруг Каролинка рассмеялась.

— Ой-ой, Петрик! Чего нам огорчаться?!