Он покраснел до корней волос, когда человек расстегнул штаны и заставил его поглаживать и ласкать свой восставший пенис, положив ладонь на его руку и задавая темп. Он не мог забыть, что совсем рядом с его камерой, за решеткой, двое человек и один эльф видят каждое их движение, слышат каждый звук, в том числе и вздохи явного удовольствия, слетавшие с губ человека, в то время как эльф сжимал своей изящной рукой его член. Гилморн мог представить, как он выглядит со стороны — как непотребная девка. Как маленькая эльфийская шлюшка, если пользоваться терминологией его мучителя. Смертному мало было просто разложить его на полу и овладеть, он хотел унизить эльфа, заставляя его услаждать себя всеми доступными способами. Гилморн как раз успел подумать, что еще приготовила ему фантазия человека, когда тот сказал:

— Посмотрим, что ты можешь делать своим хорошеньким ротиком, — и придвинулся, так что его член оказался у самого лица эльфа. У самых губ.

Гилморн невольно отшатнулся, но тот удержал его за плечо.

— Что? Я… нет… я не могу…

— В этом нет ничего сложного, — человек ухмыльнулся. — Сделай то же самое, только губками. Ну?

— По крайней мере, прикажи им уйти, — эльф умоляюще посмотрел на своего мучителя снизу вверх.

— Ты будешь делать то, что я скажу, и тогда, когда я скажу, хоть на глазах у всего Сауронова войска. Сейчас ты будешь работать губами и языком до тех пор, пока я не кончу. Я приказываю: открывай рот, блондинчик. Если ты не сделаешь этого сам, тебе помогут мои слуги, сразу после того, как прирежут вон того эльфийского недоноска.