- И какая же их дальнейшая судьба?

- О, у неё после него было много приключений и довольно бурная молодость, собственно она и сейчас ещё не старуха. Ей лет двадцать восемь, наверное. Сейчас она замужем за тем, с кем она впервые спала, а живут они, как я говорил, втроём с другом. Насколько я знаю, она ведёт довольно правильный образ жизни.

- Интересно, - сказала я на выдохе, - рука Костика, обнимавшая меня уже проникла за под мою майку. Он был не очень опытный соблазнитель, но мне это нравилось. Костик рассказывал мне о своей кузине, а сам уже нежно ощупывал мою грудь. Он расстегнул лифчик под майкой, благо он расстёгивался спереди, спустил вниз майку.

- Зачем же ты упаковываешь в лифчик такую красоту? Вот кузина моя никогда не носила лифчик.

- Что же ты всё про кузину, да про кузину? - спросила я, тая от его прикосновений. Я притянула его голову и поцеловала его взасос. Он откликнулся на мой поцелуй и мы стали ласкать друг друга губами. Руки наши тоже не были без дела. Я когда-то играла на пианино, поэтому пальцы мои были идеальными: нежными, но крепкими; прикосновение их доставляло Костику удовольствие.

- Ты обещала снять юбку, - прошептал он, оторвавшись от моих губ.

- Предоставляю это сделать тебе, - откликнулась я. Господи, ещё немного и я изнасилую его. Он видно думал о том же. Заодно с юбкой он снял и трусы. Хорошо, что я там побрила и приняла на всякий случай противозачаточные. Рука Костика уже копошилась в мякоти, вызывая у меня волны наслаждения. Он раздвинул рукой губки, пощекотал их и пролез пальцем в отверстие. Я жутко захотела его, освободила его член и стала садиться на него, стараясь не причинить себе боли, так как обычно насаживание довольно неприятно. Инструмент Костика был немного поменьше, чем у Димы, но Костик же помладше.

- Ты ещё девственница? - спросил он.

- Плёнка моя растянута, но не повреждена.

Тогда он насадил меня на себя и стал подбрасывать меня с утроенной энергией, так, что мы оба быстро кончили и свалились на пол обессиленные.