Они стояли рядом возле распахнутого окна. Волнение кардинала усилилось. Боже, да он робеет, как мальчишка. Собравшись с духом, он обнял дочь, девочка прижалась к отцу. Интересно, что она чувствует после близости с братом? Если до сегодняшнего дня она вела себя все более женственно по отношению к отцу, то сейчас, возможно, ее новый опыт отрежет путь всему и всем, кроме Чезаре.

- Ты приятно провела день? - ему удалось сохранить спокойствие в голосе.

- Очень! У меня был чудесный день, папа.

- Чезаре хорошо вел себя с тобой? Она внимательно посмотрела на отца, стараясь разгадать смысл этого странного вопроса.

- Он всегда относится ко мне хорошо, папа. Иногда я думаю, он бы умер ради меня.

- Очень романтичная идея, милочка. А ты бы умерла за него?

- Возможно, папа. Он просто прелесть.

- Ничего, дорогая, со временем ты научишься восхищаться не только своим братом.

- Но, папа, я тебя люблю не меньше, чем Чезаре, -она в безотчетном порыве сжала руки отца и поцеловала его в щеку.

- Мышонок, ты иногда мне кажешься такой взрослой!

- А я часто чувствую себя намного старше, чем Чезаре. Святой отец рассмеялся.

- Ладно, пора спать. Давай я отнесу тебя в кровать. С этими словами он подхватил ее за бедра и вдруг как бы случайно коснулся интимного места.

- О, папа! - вскрикнула Лукреция. А потом добавила, залившись румянцем:

- Я думала, ты меня уронишь.

- Уронить тебя? - он шутливо округлил глаза. - Разве я могу уронить свою прекрасную дочь?

Родриго продолжал ласкать девочку, с каждым движением его рука становилась все увереннее. Девочка откинула голову. На ее губах блуждала улыбка. Тебе нравится, я тебя возбудил, думал он. Еще немного, и ты будешь моей, красавица.

- Раз-два, раз-два! - вскрикивал падре, весело кружась, поднимая и опуская свое сокровище. Внезапно его рука ощутила влагу и заскользила легче. Наступил миг, когда в притворстве более не было нужды. Правда, он хотел видеть реакцию дочери. Положив ее на кровать, он выпрямился показывая всем видом, что уходит.