Я собрала выбранные книги, расплатилась и вышла на улицу, щурясь от солнца. Положив на землю рюкзак, я стала запихивать в него свои покупки, а когда поднялась, чтобы одеть его - я увидела давешнего молодого человека. Он стоял, прислонившись к дереву напротив входа в магазин, скучающим, и даже несколько отстранено надменным взглядом скользнул по мне. "ОК", подума-ла я, "стало быть, он кого-то ждет" и, почувствовав укол разочарования, собиралась было, включить Mike Oldfield-a в плеере, когда вдруг, услышала: "Я ждал именно Вас". Он протянул мне руку, с агатовым пер-стнем на безымянном пальце: "Владимир".
Так я познакомилась с Володей Хауге.
***
Володя происходил из семьи обрусевших немцев. Немецкий он учил в школе, дома уже никто не разговаривал на родном языке. О принадлежности к великой нации напоминали имена, фамилия, черты лица и страсть к готике. Ему действительно было 18 лет. Мне тогда исполнилось 24 года.
Мы много гуляли, я выбирала свои любимые маршруты - Гоголевский бульвар, Остоженка, Пречистенка, Чистые пруды. Беседовали мы о свойствах растений и трав, о бли-зящемся Иване Купала, о кольце Нибелунгов, и музыке его любимого Вагнера, о германских мифах, о раз-ных системах гадания.: Он особенно интересовался картами Таро и умел гадать по руке, часто, играя, лас-ково хватал мою кисть, ловко выворачивая ее ладонью вверх, жадно разглядывая ее. Я всегда вырывала свою ладонь. Что-то меня останавливало, не хотелось, чтобы он "смотрел" на меня. Он молчал, усмехался.
Как-то во время особенно долгой беседы о солярных знаках разных народов /не обошлось, разумеется, и без его национального солярного знака/, я, устав слушать о свастиках, солнцеворотах и звезде Магов, перестала улавливать смысл, и, как это часто бывает, "отключилась" и улы-баясь, смотрела, на его проникновенное тонкое лицо, созерцала - как он выговаривает слова своим непри-лично чувственным ртом, потом вдруг задумывается - чуть прищуривая серые глаза, резко, по-птичьи - взглядывает на меня, проводит пальцем по губам и продолжает: