Он спокойно стоял передо мной, позволяя себя рассматривать, в золотистом свете свечи - такой тонкий, с распущенными длинными волосами, так похожий на девушку: Глаза чуть прикрыты, в них одновременно шальное и сонное выражение, крупный рот приоткрыт, голая грудь с беззащитно-розовыми сосками, плоский живот, от пупка начинается золотистая полоска волос- дорога любви, как я это называю, красивой формы крупный орган, обвитый пульсирующей веной:..

     Я стянула свое платье и распустила волосы, и мы некоторое время созерцали друг друга, словно первая пара в Эдеме. Потом со стоном повалились куда-то вниз, в темноту, на мягкое:

     Я быстро поняла, что я буду первой, и это знание наполнило меня счастьем:

     Это было то, о чем я всегда мечтала, и то, что и по сей день вызывает во мне дрожь. Властвовать над нежным красивым юношей, младше меня, обучать его языку любви, владеть его пока еще нетронутым телом, запечатлевая на нем свои поцелуи, отталкивая и принимая его, слышать его стоны, видеть его первый восторг, его первую судорогу, заставить это ангелоподобное существо подчинить-ся и молить о наслаждении, которое только я могу дать:.

     Разве может какой-нибудь взрослый мужчина сравниться с красивым мальчиком!

     Вдыхать этот почти детский нежнейший запах, целовать его длинные девичьи волосы:.

     А эта особая юношеская худоба, как писал Бунин "прочь от земли", а этот яркий румянец, пятнами, а эта прекрасная непосредственность в переживании наслаждения - его стоны, вскрики, ах, как кривится его нежный рот, когда он кончает:

     От моих взрослых мужчин пахло их уверенностью, их усталостью, их начинающей стареть плотью, их бесчисленными женщинами, от многих вполне чистоплотных людей, пахло попросту могилой. Их лица в моменты наслаждения напоминали старческие. Их судороги наслаждения на-поминали агонию. Они выполняли свои мужские "обязанности" молча, сжав зубы, словно отрабатывая нормы своих, неведомых мне ГТО: