Существует расхожее мнение о том, что на протяжении многих столетий у евреев было распространено многоженство, и они перешли к моногамии лишь под влиянием контактов с «более цивилизованными» европейскими народами. Апологеты этой точки зрения обращаются к тексту ТАНАХа, напоминая о том, что у праотца еврейского народа Авраама, помимо его жены Сары, была еще и наложница Агарь, у другого праотца – Яакова (в христианской традиции – Иакова) было две жены – Рахель и Лея – и еще две наложницы; две жены было и у отца пророка Шмуэля (в христианской традиции – Самуила) Эльканы, а прославленные израильские цари Давид и Шломо (в христианской традиции – Соломон) вообще имели целые гаремы.

Что ж, все это действительно исторические факты, с которыми вроде бы не поспоришь. Но ведь есть и другие, не менее неопровержимые факты – другой праотец еврейского народа Ицхак (в христианской традиции Исаак) всю жизнь прожил только с одной женой Ривкой (в христианской традиции – Ревеккой), одна жена была у величайшего еврейского пророка Моше (в христианской традиции – Моисея), да и из 2800 мудрецов, упоминающихся в Талмуде, только один имел двух жен…

И эти факты однозначно подтверждают слова главного раввина Великобритании д-ра Й. Герца о том, что «с точки зрения Торы идеальным браком считается тот, в котором мужчина, выбрав себе жену, придерживается святого договора с ней всю жизнь, и не ищет других женщин, чтобы ввести их в дом в дополнение к первой жене. Как рассказ о сотворении мира, так и рассказ о жизни праотцов подчеркивает стремление праведников к моногамному браку. Единственной причиной, которая может вынудить ввести в дом еще одну женщину, может считаться бесплодие первой жены. В этом случае закон Торы предполагает, что первая жена должна дать согласие на заключение брака с еще одной женщиной