Потом моя пациентка призналась: “Знаете, Диля Дэрдовна, поначалу я просто сделала, как вы советовали, полагая, что это всего лишь кратковременная психологическая встряска для Олега, но в тот момент, когда я все это озвучила, то подумала: “А зачем он мне нужен? Ведь по сути у меня нет мужа, я его почти не вижу, мы живем как будто в разных измерениях. У нас не дом, а гостиница — Олег постоялец, а я вроде горничной. Бытовое обслуживание супруга отнимает у меня немало времени и сил. На кой черт мне это сомнительное удовольствие?!”

Надо признать, немалая доля истины в словах Ирины есть (разумеется, применительно к мужьям, которых емко характеризует одно слово — “никакой”). Пусть доход уменьшится ровно вдвое, но каждая женщина знает, что прокормить прожорливое существо, именуемое мужчиной, стоит немалых денег. А еще ему нужны костюмы, рубашки, джемпера, джинсы, обувь, носки-трусы, куртки и головной убор на зиму, сигареты, пиво и многое другое. Если все прикинуть, то получается, что с уходом мужа из категории “не добытчик” почти никакого ощутимого урона бюджет не несет.

Это еще больше придало Ирине уверенности, и она стала подталкивать мужа к прихожей. Тут он совсем сник. Растерянно топтался, мялся, канючил, но не хотел уходить. Одно дело, красиво хлопнуть дверью, сказав на прощанье что-нибудь вроде: “Ты меня уже достала!” — и совсем другое, когда тебя с позором изгоняют просто за ненадобностью, потому что ты не нужен, а лишняя обуза.

Муж — жене:

— Дорогая, прошепчи мне три слова, от которых я буду на седьмом небе!

Жена, шепотом:

— Крюк и веревка.

Анекдот

Ирине, как и многим женщинам на ее месте, стало жалко мужа. Эх, женская жалость… Прошу вас не путать ее с добротой, мои милые читательницы, — это разные вещи.