- Хорошо! Хорошо! - Алла обхватила руками свои груди и принялась их ласкать.

Полина выбирала момент и жалила отвердевшие соски подруги быстрыми поцелуями.

- Хочешь, поцелую туда? - прошептала она на ухо Алле, сама немного стесняясь своего необычного предложения.

Алла ничего не ответила, находясь в полузабытьи. Тогда Полина, покрывая сочными поцелуями извивающееся тело подруги, начала опускаться все ниже и ниже. Наконец, ее проворный язычок раздвинул курчавые волосики и заменил пальчик.

Полина и сама необычайно возбудилась. Она встала на четвереньки и, помогая себе руками, проникала все глубже и глубже в увлажненную, похотливо вздрагивающую плоть подруги. Изнемогающая от острого блаженства Алла выгибалась всем телом, судорожно прижимая голову Полины к своей промежности, и вскрикивала в особенно волнующие моменты.

- Я тоже, я тоже хочу тебя! - услышала Полина ее нетерпеливый голос.

Полина перенесла ногу через тело Аллы и ее раковина тоже оказалась доступна для ласк. Алла приникла к ней, вкладывая безудержную страсть в каждое свое движение. В этом-то достаточно изощренном положении их и застала раньше обычного вернувшаяся с работы мать Аллы. Вначале, потрясенная, она молча стояла в дверях, разглядывая поглощенных друг другом девочек.

- Ах вы, сучки! - наконец вырвалось из ее груди.

Подруги вздрогнули и их моментально отбросило друг от друга. Раскрасневшиеся и растрепанные, они ошеломленно уставилась на разгневанную женщину.

- Сучки! - истерично выкрикнула та и бросилась к ним, схватив по пути какую-то тряпку.

На середине комнаты стоял обеденный стол и девушки попытались скрыться за него, но мать погналась за ними, на ходу стегая их тряпкой, оставлявшей мокрые грязные следы на их разгоряченных телах.

Первой утомилась мать. Она остановилась, задыхаясь от быстрого бега.