Один раз пригласили её на гулянку. Сидит бабуленька в уголочке, да не столько ест и пьёт, как разговор ведёт и на народишко поглядывает. Наблюдательные они, наши бабушки. И видит она, как мужик Тимоша мрачный сидит да на самогонку налегает. Только выпивка его не сильно радует. Мысли уж больно мрачные у молодца. Подозвала она молодца к себе и молвит:

— Слышь, Тима, что-то у тебя баба твоя Нюрка не весёлая. Никак у вас в кровати не ладится?

Отвечает он ей:

— Ой, баба Фёкла, и не говори. Она-то и ласковая, и хозяйственная, а у меня что-то не ладится. Может, болею я? Улыбнулась баба Фёкла и говорит:

— Ты, Тимоша, не волнуйся, а сделай вот следующее. Раненько утречком оседлай своего жеребчика молодого и круга два вокруг деревни на нём верхом проскачи.

Через пару недель, глядишь, всё и наладится.

Послушался Тимоша совета бабулькиного. Запрягал своего жеребчика да по три круга вокруг деревни каждое утро. Потренировал мышцу свою предстательную, а там дней через несколько и заиграл ГОРМОН по полной программе. Да ещё и получше прежнего.

И возрадовалась жена Нюрка, приободрилась, повеселела. На радостях, что всё так хорошо, поехала она в город к подруге. Обновы купила, да за рюмочкой чая бабьей радостью поделилась. Дома всё хорошо, детишки не болеют, а Тимоха-паразит каждую ночь почитай пристаёт.

Ну а подруга-стерва городская, чтобы не остаться в долгу, возьми и расскажи ей про французкую любовь. Пусть деревня знает, как в городе живут. Пусть не каждую ночь, но зато по-модному. Нехай деревня завидует да учится.

Вернулась Нюра домой в деревеньку, а мысль про любовь французскую из головы не выходит. Тимоше рассказала, а он плюётся. Мол, не по-людски это. Да и никто в деревне этого не делает. Но коль баба чего захотела, то лучше дать ей этого. Мал-помалу уговаривала мужа попробовать.