Он дружил с Иваном и Фабио, самыми умными и воспитанными мальчиками во всей школе. Иван, несомненно, был самый красивый, но застенчивый и, в целом, провинциальный. От одного его хрупкого вида хотелось расплакаться. Фабио был блондином, что исключало для него вероятность мне понравиться, но он был тоже красив (для тех, кто не считает большое количество меланина непростительным недостатком тела), и имел самый высокий интеллектуальный показатель из всех пятых классов (возможно, и из всей школы, потому что годы спустя я узнала, что он поступил на медицинский в Уникамп, выдержав конкурс в сто кандидатов на место). Но у меня был Ромуалдо, красивый улыбчивый мулат, которым я восхищалась, как может восхищаться только маленькая девочка. Он был менее усердным в учебе, чем оба его друга, и ничем особенно не выделялся, кроме своей улыбки и динамичности (он всегда был самым быстрым из всех). Он был красавец, этот Ромуалдо. И как же он возмужал за эти годы!!!

Девочки, с которыми водилась я, были второгодницами, некоторые даже тремя годами старше меня. Они были шустрыми и только и думали о мальчишках. Самое же серьезное, что было у меня, так это ухаживания Энрике. Он спросил у меня, нравится ли он мне, и за положительный ответ подарил мне марку. Я еще даже не знала, что такое язык мужчины (или, точнее, мальчика), а все девчонки только и говорили, что о своих половых актах, о том, как они или их орально ублажали, и сколько спермы вышло за одну эякуляцию (развлекаясь бесконечным сравнением объема выделений их возлюбленных). Все, что я могла, это записывать услышанное на бумажку и предоставлять бассейн всем желающим, чтобы провести хотя бы тридцать минут в компании девочек.

Как-то, в один из ленивых кампинасских дней мы все отправились в гости к Одри.