Когда она вылезла наконец из-под стола, её губы, подбородок и даже щёки были перепачканы спермой, а внутри неё всё горело и трепетало. Лия чувствовала дикое, никогда прежде не испытанное возбуждение. Краснея от осознания своего позора и сгорая от стыда под пристальными мужчин, она замерла, потупив голову, возле кресла татарина и тут же почувствовала, как его рука, бесцеремонно проникнув под платье, скользнула в промежность. Лия сжалась, как от удара.

- А наша девочка, между прочим, вся мокрая, - объявил татарин.

Мужики довольно заулыбались. Лия не знала, куда деваться со стыда.

- Раздевайся, - коротко приказал шеф.

Лия не осмелилась не то чтобы ослушаться, но и просто посмотреть ему в глаза.

Опустив голову, она начала быстро расстёгивать пуговки своего платья. Стянув его через голову, она принялась за лифчик. Руки не слушались и она долго не могла справиться с застёжкой. Наконец ей это удалось, и на обозрение мужчин была выставлена её небольшая крепкая грудь. Освободившись от лифчика, Лия сбросила туфельки и один за другим стала скатывать вниз чулки.

Отбросив в сторону последний чулок, она застыла посреди комнаты полностью обнажённая. Некоторое время мужчины с удовольствием разглядывали её тело. Велели повернуться так и этак, пройтись по комнате... Лия покорно следовала всем указаниям. Наконец толстяк потянул её к себе. Похоже, он с татарином были здесь самыми важными. Лия опустилась к нему на колени, ощутив обнажённым лоном и ляжками грубую ткань его брюк. Небрежно потрепав грудь, толстяк погрузил руку ей между ног и замер так, потягивая коньяк. Лия молча уставилась в свой бокал.

Последовал новый тост и она выпила. Сейчас ей уже самой хотелось напиться.

Постоянное ощущение внутри себя чужой руки сводило с ума.

Через некоторое время её поманил другой мужчина, затем - третий.