Через секунду все девять чудовищ уже дрались друг с другом — кусались, царапались, пинали один другого, катались по земле, натыкались на кусты и даже падали в костер.

К тому времени, как Филли прогрыз дыру и трое друзей выбрались из сети и залезли по веревке на дерево, в живых осталось только одно чудовище — Икабод.

Возвышаясь над телами своих убитых братьев и сестер, он победно бил себя в грудь. И в любой момент мог задрать голову и увидеть, что жаркое, за которое он сражался, уже не в сетке, а на дереве, однако бежать им все равно некуда.

— Надо застать его врасплох, — прошептала Жасмин, вытаскивая из-за голенища свой запасной кинжал. — Другого выхода у нас нет.

Она спрыгнула с ветки, ударив Икабода в спину обеими ногами. Потеряв равновесие, тот со страшным рыком рухнул прямо в костер.

Лиф и Барда быстро соскользнули с дерева и подбежали к Жасмин.

— Чего вы ждете? Скорее! — закричала она.

Друзья сломя голову кинулись по дороге, не обращая внимания на колдобины, торчащие корни и темноту. Кри летел рядом. Икабод, завывая от ярости и боли, выбрался из костра, поднялся на ноги и бросился вслед за ними.

3

Все для путника

Друзья бежали и бежали, задыхаясь, чуть не падая с ног от усталости, до боли в ушах прислушиваясь к вою за спиной. Они знали, что если Икабод превратится в волка или еще какого-нибудь зверя, то с легкостью их догонит. Однако они ничего такого не слышали.

«Может быть, Икабод не может ни в кого превратиться, потому что ранен. Тогда мы спасены», — подумал Лиф, но не остановился.

Наконец они приблизились к тому месту, где дорогу пересекала мелкая речушка.

— Думаю, это граница владений Тэган, — тяжело дыша, произнес Барда. — Видите, на той стороне уже нет терновых кустов. Икабод туда не пойдет.

Путники вошли в ледяную воду и вскоре очутились на другом берегу. Там дорога тянулась дальше, но по обочинам росла мягкая свежая трава, небольшие деревца и дикие цветы.