- Пошли в соседнюю комнату, это моя... Ах, я не могу, я сгораю от желания...

В её комнате, которая оказалась очень уютной, с коврами на полу и стенах, я сел на диван, положив Карину к себе на колени. Я стал покрывать поцелуями нежную кожу её плеч. Она не сопротивлялась мне, её руки осторожно расстёгивали мне рубашку.

- Ах, мой котик, - говорила она, - Да у тебя, я вижу, большой опыт в развращении малолетних! Только не говори мне, что я у тебя первая и единственная.

- Но только с тобой я испытываю неземное наслаждение!

- Скольким до меня ты это говорил, а? - сказала она, снимая с меня рубашку и нежно поглаживая меня по спине, по плечам, рукам и по груди. Ах как мне хотелось сорвать с неё всё! Кнопки на её платье созданы были для расстёгивания. Я было потянулся к ней, но она вдруг вскочила на пол.

- Куда ты? - закричал я.

Она встала на колени, расстегнув для удобства несколько нижних кнопок на платье и, прежде чем я успел отреагировать, расстегнула мою ширинку, и, увидев то, что оттуда вылезло, горячее и напряжённое, истекающее соком, радостно закричала: "Ах какая прелестная сарделька! Я так люблю сардельки в собственном соку!", запихнула эту сардельку себе в рот и стала смачно обсасывать её, причмокивая от удовольствия.

***

Мы ласкали друг друга; он собрался было снять с меня платье, но мне этого не хотелось и я решила взять инициативу в свои руки. Мне было жутко страшно, стыдно, но в то же время любопытно и интересно. Последнее пересилило. Я соскользнула с колен Димы и встала перед ним на колени.