Мы сказали ей имена. Разумеется, их в списке не имелось.

- Сожалею, - сказала хвостатая. Я увидел, что у нее кривой нос. Теперь хвостатая грудью пошла на Леньку. - Вам придется дождаться мистера Вознэсэнски.

- Мы подождем здесь. - Ленька увильнул от груди хвостатой в сторону.

- Сожалею... Подождите снаружи.

- Снаружи холодно. - Ленька озирался по сторонам, ища выхода из положения.

Это я увидел вдруг Аллена Гинзберга, вышедшего из темных недр помещения к стойке бара. Бар в "СиБиДжиБи" - примитивный загончик с прилавком. Алкоголи помещаются на полках вдоль стен. Автор поэмы "Вопль" сбрил бороду, но я узнал его по последним фотографиям.

- Вон идет Гинзберг! - дернул я Леньку за рукав.

- Аллен! - закричал Ленька. И, бросившись к Гинзбергу, схватил его за руку.

Впоследствии Ленька утверждал, что познакомился с ним в доме одной из еврейских дам. Мне лично показалось тогда, что Гинзберг видит его впервые.

- Андрэй Вознэсэнски пригласил нас. - Ленька указал на меня, оправдывая "нас". - Зыс из май дэр фрэнд - Эдвард Лимонов. Грэйт поэт.

Я пожал протянутую мне влажную руку Гинзберга.

- У нас маленькая проблема, Аллен. Андрей забыл включить наши имена в список.

- Это друзья русского поэта. - Гинзберг взял Леньку за плечо.

Хвостатая и розовощекий заулыбались.

- Идемте, я посажу вас за свой стол. Здесь всего десяток столов, и когда начнут впускать публику, мест мгновенно не будет.

Вслед за сияющей лысиной Гинзберга мы прошли во внутренности щели, к эстраде, и он усадил нас, как мне показалось, за самый выгодный стол. За соседними столами расположились уже зрители. Я отметил пожилую даму в черной шляпке с вуалью, несколько зловещего вида подростка с выведенными белой краской на спине кожаной куртки черепом и костями. Присутствовало и некоторое количество "гуд амэрикэн бойс" - толстошеих, розоволицых, с хорошо промытыми шампунем короткими блестящими шерстяными покровами на головах, с наметившимися, несмотря на крайнюю молодость, брюшками.