Георгий Белов

После аварии

Тревожно сверкающие голубые огни патрульных машин проносились в моем сознании в течение следующих трех недель, когда лежал в пустой палате "неотложки" возле аэропорта, которая предназначалась для жертвы авиакатастроф. Каждое утро ко мне приходили две сестрички. Пока они прилаживали упряжь к моим ногам, невольно прислушивался к гудению взлетающего самолета и думал: кто окажется следующим пленником данной кровати?.. А моя жена во время посещения разве когда-нибудь задумывалась, что привело меня в эту койку? В лукавой быстроте взгляда только и читалось: какие анатомические части тела мужа достанутся ей после реабилитации? Полагаю, что немой ответ Наташа находила, обозревая шрамы, протянувшиеся по моим ногам и грудной клетке. Я попытался улыбнуться, но швы, скрепившие рва- ную рану, идущую поперек черепа (и она была не единственная), не позволили изменить выражение лица. И мне пришлось только пожать аташе руку. Извини, попробуй прийти завтра. Конечно, приду, она дотронулась до лба, но не сводила глаз с уродливого шрама. Проявление аташей сердечности и учас- тия приятно удивляли. Ментальное расстояние между моей работой в коммерческом канале телевидения и растущей занятостью жены в отделе дальних перелетов авиакомпании "Дельта" в последние годы все увеличивалось. Она хотела самоутвердиться, обрести независимость и застолбить то пространство, которое в будущем принесет дивиденды. У меня же все это вызвало негативную реакцию. Через палату прошел белокурый врач, кивком приветствуя мою жену. Она развернулась в его сторону так, что короткая юбка открыла не только бедра, но и сокровенную середину: будто бы этим движением Наташа хитроумно подтверждала сексуальную потенцию этого человека. Мне невольно подумалось, что мог уличить жену в похождениях уже с первых часов полового акта, замечая новые телодвижения, которые у нее появлялись, пока лежу в больнице. аблюдая, как струйка сигаретного дыма медленно уплывала прочь, я задавал себе вопрос, с кем она могла трахаться последние несколько дней.