Ночь давно уже настала,

В спальне тьма и тишина,

И лампада лишь мерцала

Перед образом одна.

Виктор вдруг переменился,

Стал как-будто сам не свой,

Запер двери, возвратился,

Сбросил фрак с себя долой.

Побледнел, дрожит всем телом,

С меня кофточку сорвал...

Защищалась я несмело,

Он не слушал, раздевал.

И бесстыдно все снимая,

Он мне щупал шею, грудь,

Целовал меня, сжимая,

Не давал мне вздохнуть.

Наконец поднял руками,

На кроватку уложил,

-Полежу немного с вами,

Весь дрожа, он говорил.

После этого любовно

Принялся со мной играть,

А потом совсем нескромно

Стал рубашку поднимать.

И при этом полегоньку,

На меня он сбоку лег,

И старался помаленьку

Что-то вставить между ног.

Я боролась, защищалась,

Отбивалася рукой

Под рукою оказался

Кто-то твердый и живой.

И совсем не поняла я,

Почему бы это стало,

У супруга между ног

Словно вырос корешок.

Виктор все меня сжимая,

Мне покоя не давал,

Мои ноги раздвигая

Корешок туда совал.

Я из силы выбиваясь,

Чтоб его с себя столкнуть,

Но напрасно я старалась,

Он не дал мне и вздохнуть.

Вся вспотела, истомилась

И его не в силах сбить

Со слезами я взмолилась,

Стала Виктора просить.

Чтоб он так не обращался

Чтобы вспомнил он о том

Как беречь меня он клялся

Еще бывши женихом.

Но моленьям не внимая,

Виктор мучить продолжал:

Что-то с хрустом разрывая,

Корешок в меня толкал.

Я от боли содрогнулась...

Виктор крепче меня сжал,

Что-то будто вновь рванулось

Внутрь меня. вскричала я.

Корешок же в тот же миг