Обварили кипятком, уронили его вниз ебальником на асфальт, сломали ногу, пробили голову, сколько раз сдавали в ментовку. Он признавался мне, что в последнее время его так и подмывает пойти в церковь, чтобы плевать там в иконы и ругаться громко матом. Михалыча эти твари тоже, наверное, капитально обработали. Он стал упертым и явно сместился в право. Свою правоту он доказывал понятно мордобоем. Не терпел он, например, аморальности и если какая-то девка раздевалась в его присутсвии, чтобы потанцевать на столе, он присекал это дело в корне прямым накаутом. Забросил работу и бродил по городу как натуральный зомби, одетый в жару в теплую кожанку. .Михалыч также крайне ненавидел вечно ноющих бюджетников. Особенно учителей и врачей, от которых простой народ страдает больше всего. Он доказывал на пальцах, что бюджетникам не только не стоит поднимать их жалкие зарплаты, но наоборот следует опустить в общую парашу как самый вредный элемент.

Через какое-то время мы с Архитектором захотели отвлечься от мрачной темы и углубились в лингвистический спор. Нас крайне интересовал такой вопрос: почему выражение хуево означает плохо, а пиздато очень хорошо. Тут мы забрались в такие дебри, что ебать мой хуй. Но так и не нашли какого-нибудь удовлетворительного ответа. Пытались заговорить о литературе, но тут Архитектор как закричит не своим голосом:: "ебал я вашу ебаную литературу!" Я понял, что пришельцы его достали конкретно. Пришлось найти нейтральную тему. Речь зашла о пидорасах. Архитектор утверждал, что их до хуя среди попсы. Фактически в шоу-бизнес не прорваться, если тебя не выебут в жопу. Да и в Думе их хватает. И в армии. И, конечно же, среди ментов.

Короче, поговорили мы так с Архитектором, попили Анапки, ему, вроде, полегчало. Ну, я и пошел домой спать.

НА РАДИЩЕВА

В начале лета, в самую жару я, как нарочно, забухал и моя, как обычно, выгнала меня из дома. Мне деваться было абсолютно некуда, хоть ты, блядь, под кустом ночуй. А это чревато: могут расчленить в элементе.