– Сама виновата, – бросила я однажды Саше, озверев от беспросветных излияний, и двинулась к Наташе.
У Наташи на кухне было тепло и уютно. За стеной сопел муж, на плите варился компот, а сама хозяйка втолковывала по телефону какому-то непонятливому Гене, что от сегодняшнего вечера и до следующего дуба она занята и освободится лет через семь-восемь.
На мой любопытствующий взгляд Наташа устало махнула рукой:
– Да ну, ошибка юности...
«Ошибка» проявилась пару дней назад на дне рождения Наташиной приятельницы, и в течение нескольких часов примерной супруге нравилось ее совершать. Но утром, вспомнив о семейных обязанностях, Наташа, ласково погладив мальчика Гену по голове, отправилась домой. Через сутки юноша был благополучно забыт.
– Для чего ты делаешь это, Наташа? Ведь у тебя есть муж. Он тебя не удовлетворяет? – спросила я, готовясь к душещипательной исповеди о вреде всех на свете мужей и перечню драматических обстоятельств, мешающих разводу.
– Ты что – дура? – откровенно заявила Наташа. – Муж меня удовлетворя ет, но хочется же иногда свежих впечатлений. Подвернулся Гена, неплохой парень, с хорошим телом. Потрахались и разошлись. Все как у взрослых.
Муж справку о том, где я была, с кем и что делала, не требует. Почему бы мне не оторваться? Мы же вместе уже шесть лет – надо освежаться время от времени.
Правильно поступает Наташа или нет, изменяя благоверному, не знаю, но мне понравились ее рассуждения. Прожить с одним человеком двадцать лет и ни разу не сходить «налево» – это для гигантов мысли, люди попроще менее устойчивы.