Любовь, как зеркало в прихожей, Снимает всякий сглаз и порчу, А без любви душа не может Дышать и петь. Рассудок скорчен, Как свиток с обгоревшим краем, Когда мы изгнаны из рая Своих безудержных желаний В пространство ложных ожиданий… Когда зеркальная поверхность Подернута туманом фальши, Стрелою улетает верность. Бежать за ней или подальше Уйти от хрупкой амальгамы? Забыть тебя — не надо драмы? Как странно: не зову, не плачу, А в сердце боль играет гаммы…

Удар был сильный. Она долго болела, но выдержала, даже простила, даже, к немалому своему удивлению, смирилась, но дальше становилось все хуже. И уже не было смысла дорожить их любовью, их красивыми мечтами о лучшей жизни, их прошлым, когда сразу после студенческой скамьи не думалось ни о чем, кроме страсти. Когда взаимное желание было сильным и трепетным. Когда он, не имея средств, все же находил их, покупая маленькие, но такие дорогие подарки. И потом летел на крыльях к ней, потому что был безумно влюблен. И называл ее не иначе как Богиня…

«Богиня…» — горько усмехнулась она про себя.

Интересно, что супруг в момент первой встречи назвал ее так же, как дразнили ребята еще в школе. Как назвал ее когда-то веселый, чудной экскурсовод, восторгаясь ее античным греческим профилем, когда они всем классом рассматривали в музее картины известных мастеров. Он тогда определенно утверждал, что она достойна кисти самого великого художника или резца гениального скульптора. И был настолько убедителен, что даже одноклассники, всегда готовые поддеть за любой комплимент, молчаливо согласились с ним.