Подруги меня сильно разозлили, но сейчас они просят прощения. И что мне делать? Дуться дальше? А какой смысл? Такое впечатление, что мозги Уитни и Софи похитили инопланетяне, – девчонки думают только о вечеринке и ни о чем другом. Постоянно меня бросают, ведут себя нетактично и глупо, но, надеюсь, после праздника все снова встанет на свои места. Я пообещала себе быть с ними осторожней и не подпускать близко к сердцу. Но сейчас нужно что-то решать.

В подарочной коробке лежали альбом с репродукциями и брелок для ключей в виде пластмассового уха.

– Вряд ли в музее продавали отрубленные уши? – ухмыльнулась я.

– Конечно, нет, – засмеялась Уитни. – Ухо мы купили на улице у торговца. Правда, смешное?

– Очень. – Я позволила себе легкую улыбку. Приятно, что они привезли подарок, но это еще не повод так быстро их прощать.

Вечером за ужином я молчала: представляла себе Уитни и Софи. Вот они ходят за покупками по «Клубу Монако», а вот сидят в модном салоне красоты и обсуждают вечеринку. Я теперь лишняя. Им и без меня хорошо.

– Трудно дружить втроем, – сказал папа. – Постоянно кто-то остается в одиночестве. Но, поверь мне, все утрясется.

– Конечно, я не могу, как они, ни с того ни с сего взять да полететь в Европу. И чувствую себя такой одинокой... Ой, разнылась... прямо детский сад какой-то! Пожалейте меня бедную-несчастную!

– Да ну что ты! – Мама обняла меня. – Это совершенно нормально. И папа прав. Все утрясется.

– Кстати, – папа решил сменить тему, – солнышко, расскажи Лоре о тех маленьких одноразовых «Полароидах».

– Да, Лора! Мы нашли для твоей вечеринки чудесные фотоаппараты! Они делают крохотные моментальные снимки.

– Софи и Уитни для своей вечеринки покупают две тысячи таких фотоаппаратов, – сказала я.

– Две тысячи фотоаппаратов??? – удивилась мама. – Как потом все снимки в альбом размещать?

– У них для этого специальные люди есть. Вряд ли они сами с клеем сидят. – Я отложила вилку. – Как же я устала от этих вечеринок! Сама уже ничего не хочу отмечать!