Я села на кровать, взяла на руки Пухлика и стала гладить ему живот. Пока что мы с Уит поступили правильно: заклеили нашу дружбу лейкопластырем. Правда, это временная мера и рана до конца не затянется. Скорее всего, нашим отношениям понадобится хирургическое вмешательство.

Обида моя так и не прошла, я по-прежнему чувствовала себя униженной, но решила по восточному принципу притвориться, что все замечательно и постараться хорошо провести время. Мы с Софи, Авой и Кейтлин встречались у Уитни, а потом собирались все вместе отправиться на вечеринку к Лили. Этот праздник – настоящий хит сезона. По размаху его опережают разве что только «банкнотная» вечеринка Пайпер Соренсон на Монетном дворе (современные купюры своим внешним видом обязаны прапрапрадедушке Пайпер) и «джинсовый» день рождения Электры Файерстейн (ее семья владеет крупнейшей в мире фабрикой по производству джинсы. Все дизайнеры магазина «Барнис» – клиенты Файерстейн). Во дворе нас ждал лимузин, а в комнате – личный визажист одной звезды телесериалов и по совместительству подруги мамы Софи. Девчонкам делали макияж. Я от услуг профессионала отказалась – слишком уж косметика бросается в глаза, не люблю этого, предпочитаю естественность. В этот раз я только слегка подвела серым веки и накрасила губы прозрачным блеском.

Пока визажист в комнате пудрил Уитни, мы надели куртки и стали крутиться перед огромным зеркалом из трех секций.

– Какая же я жирная! Наверно, болею, – простонала худющая как жердь Кейтлин. – Максу надо отправить мою попу бандеролью в больницу на обследование!

– А я – корова! – заныла Ава. – Мою попу лучше послать в мясную лавку на продажу! Я толщенная!

– Ну, опять началось! Снова вечернее обсуждение целлюлита. Может, хватит уже? Вы прекрасно выглядите!

– Ой, Лор, но не могут же все быть такими же стройными, модными и красивыми, как ты? А ведь ты даже косметикой не пользуешься! – сказала Кейтлин, крася ресницы. – Красота без всяких усилий. Не всем так просто жить.