— Мы нисколько не преувеличиваем, — вставил я. — И можем это сейчас же доказать.

Я почувствовал, что меня это тоже касается. В конце концов, ведь это именно я открыл чудо-удобрение. По крайней мере, первым его применил.

— Можно, я покажу, папа?

Он понял, что я задумал.

— Только каплю, — ответил папа, откупорил бутылку и поискал что-то взглядом. — Принеси, пожалуйста, одну из твоих одиннадцати чайных ложечек! — попросил он господина Эдгара.

Я заметил, что папа слегка иронизирует над любовью господина Эдгара к подсчётам. Но господин Эдгар даже не заметил иронии в точном числе ложечек. Видимо, счёл просьбу нормальной. Он сходил в дом и принёс нам ложку.

Папа капнул в неё светло-голубой жидкости и протянул мне.

— Только осторожно! — попросил он и обратился к господину Эдгару: — На чём Макс может испробовать удобрение? Что за растения находятся вон на той грядке?

— Минуточку, я тебе точно скажу, — ответил господин Эдгар, скрылся в доме и тут же вернулся с большим аккуратно сложенным планом. — Там растет редис, — сказал он, изучив чертёж. — Именно так, редис. Точность важнее всего остального!

Я полил один из крошечных ростков между круглыми нежно-зелёными листиками.

— Итак, — отметил господин Эдгар, — третья редиска справа получила удобрение. — Поглядим, вырастет ли она в ближайшие дни больше, чем её соседка. Приглашаю вас на рюмочку мятного ликёра.

— Погоди! — крикнул папа, потому что господин Эдгар направился к дому. — Разве ты не хочешь поглядеть на результат?

— Резуль… — господин Эдгар осёкся на полуслове. С открытым от изумления ртом он уставился на листья редиски, выросшие вдруг до размера лопухов. А из земли уже выпирало круглое белое полушарие величиной с тыкву. Господин Эдгар ухватился обеими руками за ботву и вытащил из грядки сочный корнеплод.