– Раньше «Макдоналдс» совсем иначе выглядел, большие золотистые арки доходили до самой крыши… – проговорил ужасный надзиратель, задумчиво глядя в окно. Хьюи повернулся к мальчику: в увеличенных толстыми линзами глазах мелькнуло что-то похожее на жалость. – Прости, что пришлось тебя связать. Но ты ведь не хотел сидеть смирно.

По щекам Питера покатились слезы.

– А где мама? Ты сказал, она сюда придет!

– Так и есть! Наверное, уже приехала.

Сквозь поднимающееся над раскаленным асфальтом марево мальчик стал разглядывать замершие вокруг «Макдоналдса» машины: нет ли среди них маминого "БМВ"?

– Я ее не вижу!

Великан полез в нагрудный карман, и Питер инстинктивно прижался к дверце.

– Смотри, парень, – голос у Хьюи низкий, но какой-то детский, – я кое-что для тебя сделал!

На гигантской ладони поместился деревянный поезд. Хьюи весь вечер строгал какую-то чурку, хотя что именно он мастерил, мальчик не знал. В контрасте с огромной волосатой ручищей миниатюрный поезд казался сувениром из дорогого салона. Не долго думая Хьюи сунул игрушку маленькому пленнику.

– Я его ночью закончил. Люблю поезда… И сам однажды катался! Из Сент-Луиса домой, после того как ма умерла… Джои приехал на поезде, забрал меня, и обратно мы вернулись вдвоем. Я вместе с богатыми сидел! Билетов не было, но Джои не растерялся. Он умный. Сказал, так будет справедливо. Мол, я ничуть не хуже других, и все люди одинаковые. По-моему, очень дельная мысль.

Питер смотрел на крошечный поезд. В кабине даже машинист сидел.

– Строгать тоже хорошее дело, – неторопливо продолжал Хьюи. – Нервы успокаивает.

– Где моя мама? – воскликнул мальчик и снова зажмурился.

– Мне нравилось с тобой разговаривать. Ну пока ты не попробовал убежать. Я думал, ты мой друг…

Питер закрыл лицо руками, но в щелку между ладонями подсматривал за Хьюи. Теперь, зная, где находится, он хотел выбраться из кабины.