— Зачитал, лейтенант. Еще до того, как он сознался, — ответил Джейкоби, сжимая кулаки. На усталом лице промелькнула гримаса отвращения.

— Ты все понял? — Я посмотрела на Алонсо.

Тот кивнул и снова засопел носом.

— Да. Не надо было так делать, но она меня просто достала.

Девочка с грязным белым бантиком в волосах и в мокрых, сползших до колен подгузниках вцепилась в папочкину ногу. От ее плача разрывалось сердце.

— И чем это, хотелось бы мне знать, Роза так тебя достала?

Роза Алонсо лежала на полу, лицом к обшарпанной, карамельного цвета стене и с расколотой утюгом головой. Этим самым утюгом муж сначала сбил ее с ног, а потом и отнял у несчастной жизнь.

Рядом с женщиной, словно сраженная боевая лошадь, лежала сломанная гладильная доска. В воздухе стоял запах подгоревшего крахмала.

Когда мы разговаривали в последний раз, Роза сказала, что не может уйти от мужа, потому что он все равно найдет ее и убьет.

А надо было взять ребенка и сбежать.

Инспектор Ричард Конклин, напарник Джейкоби и самый молодой член моей команды, прошел в кухню — налить молока для полосатой рыжей кошки, отчаянно мяукавшей с красного обеденного стола. Интересно.

— За ней теперь и присмотреть некому, — бросил Конклин через плечо.

— Позвони в службу охраны животных.

— Им некогда, лейтенант. — Инспектор повернул кран и налил воды в чашечку.

— Знаете, лейтенант, что она сказала? — подал наконец голос Алонсо. — Сказала, чтобы я нашел работу. Кому такое понравится? Вот и сорвался.

Я молча посмотрела на него, и он, не выдержав взгляда, отвернулся к убитой жене.

— Я не хотел, Роза. Не хотел. Пожалуйста, прости. Дай мне еще один шанс.

Джейкоби взял его за руки, стащил с дивана и заставил подняться.

— Да, конечно, она тебя прощает, приятель. А теперь пошли, пора прокатиться.