Андреа Прайс одобрительно подмигнула Раману. Это был первый разумный шаг с того момента, как «Боинг-747» обрушился на Капитолий. И еще лучше, что сам Райан не понял подлинной причины, почему на него надели тяжелый прорезиненный плащ, подумала она. Этот момент надолго запомнится членам личной охраны президента, как удачный маневр Секретной службы, причем телохранителям даже не понадобилось уговаривать Райана – удалось избежать столь обычного столкновения между независимостью, свойственной президенту Соединенных Штатов, и необходимостью обеспечить его безопасность.

Первый капитан пожарной команды, которого нашел Райан, говорил по радиотелефону и пытался направить своих подчиненных ближе к бушующему пламени. Рядом стоял мужчина в штатском, придерживая большой лист бумаги, развернутый на крыше автомобиля. По-видимому, это план здания, подумал Райан. Он ждал в нескольких футах, пока эти двое – пожарный и штатский – водили пальцами по плану и капитан что-то быстро говорил в рацию.

– И ради Бога, будьте поосторожней с расшатанными стенными блоками, – закончил инструктаж капитан Пол Магилл. Затем он повернулся и потер воспаленные глаза. – А вы кто такие, черт возьми? – раздраженно спросил он.

– Это президент, – ответила Прайс. Капитан мигнул. Он обвел быстрым взглядом людей с автоматами, стоящих вокруг, затем снова посмотрел на Райана.

– Положение очень тяжелое, – сказал пожарный.

– Кому-нибудь удалось спастись?

– Только не из этой части здания, – покачал головой Магилл. – Вытащили трех из противоположного крыла, они в тяжелом состоянии. Думаю, эти трое находились в кабинете спикера, и взрывная волна выбросила их через окно. Двое рассыльных и агент Секретной службы, у них сильные ушибы и ожоги. Мы ведем поиски – по крайней мере пытаемся, но пока нашли лишь трупы, даже те, кто не пострадали от пожара, погибли от удушья – сила взрыва вытянула кислород у них из легких.

Пол Магилл был такого же роста, как и Райан, темнокожий и намного шире в плечах, руки в больших светлых пятнах от ожогов – свидетельство непосредственного участия в тушении пожаров. Сейчас лицо его выглядело всего лишь печальным, потому что огонь – не враг человека, а только бездушная стихия, наносящая ущерб тем, кто оказались удачливыми, и убивающая остальных.



10 из 1610