– Погоди. Вот тут цепь вроде проржавела... Сейчас мы ее!
Петька, порывшись в сумке, извлек полотно от ножовки и после долгой возни перепилил цепь.
– Мне памятник надо поставить, такой я запасливый! – заявил он самодовольно.
– Ага, запасливый... Узнай трудовик, что ты стырил у него новое полотно, он бы тебе поставил памятник. Под глазом, – уточнил Филька.
– Детей бить нельзя... У нас эти, как их, права ребенка... Чего копаешься! Ух, ну и тяжелый же! – засопев от натуги, Мокренко приподнял край железной махины, а Хитров вытащил из-под ящика разомкнутую цепь.
– Готово! – сказал он и, взглянув на друга, быстро откинул крышку.
А еще спустя мгновение страшный вопль обоих приятелей заставил содрогнуться стены подвала.
Глава 2
ПЕРЧАТКА, СЕКИРА, ЧЕЛЮСТЬ И ЖЕЛТЫЕ БОТИНКИ
Мальчик пришел в аптеку за пластырем. Видит: впереди гном покупает таблетку. Продавец спрашивает его: «Вам таблетку завернуть?»
«Нет, – отвечает карлик, – я ее так покачу».
Взял таблетку и покатил. Маленький мальчик не удержался и захохотал. Гном обиделся, подскочил к нему и кричит:
«Тебя какой ногой пнуть: правой или левой?»
«Левой», – отвечает мальчик.
Гном пнул его левой ногой, и у мальчика вырос горб.
«Теперь ты всю жизнь будешь горбатый!» – говорит гном.
Мальчик заплакал, а потом схватил пластырь и примотал гнома к стулу.
«Пока не вылечишь – не отпущу!»
«Не надо было говорить «левой», надо было говорить «правой»», – сказал гном. Он пнул мальчика правой ногой, и горб исчез.
В железном ящике лежал высохший мертвец, одетый в черное пальто с блестящими пуговицами. На нем были желтые ботинки. На груди у него лежала большая черная кожаная перчатка. В правой руке мертвец сжимал черную секиру.