Еще через неделю она полезла за деньгами в шкаф: в доме всегда была небольшая сумма наличными, по старой советской привычке Марина хранила их на полке в шкафу, под стопками постельного белья. Там она нашла незапечатанный конверт, в конверте – записку, написанную рукой Владимира.

В ней говорилось, что в депозитной ячейке хранятся пятнадцать тысяч долларов; продав старую квартиру (они жили в двухкомнатной на Соколе), она выручит еще шестьдесят или около того. Суммы хватит на отделку новой квартиры в Башне.

Больше всего ее поразил этот холодный расчет – пятьсот долларов за квадратный метр. Не много, но и не мало. Достаточно.

Тогда она поняла две очевидные вещи. Первое: Владимир жив, и второе: мужа она больше не увидит.

Сначала Марина хотела расторгнуть контракт с концерном «Север», но оказалось, что, по условиям договора, это не очень выгодно, гораздо лучше продать уже готовую квартиру. Она подумывала так и поступить, но потом случилось обстоятельство, заставившее ее переменить свое решение.

Как-то летом, вернувшись с дачи в старую квартиру, она обнаружила входную дверь открытой. Все было перевернуто вверх дном. Их обокрали, хотя и красть-то было нечего, кроме домашнего кинотеатра – последней покупки Владимира.

Она вспомнила про охраняемую территорию Башни, круглосуточное наблюдение и электронные замки… И решила оставить все как есть.

Так Марина Волкова стала обладательницей роскошной квартиры, соседкой миллионеров – без гроша за душой.

С момента исчезновения мужа прошло три года (два – строили Башню, и год заняла отделка квартиры), и боль обиды стала понемногу утихать. Но все же окончательно она еще не прошла.

Сергей Петрович Бекетов вернулся домой и, не выпуская из рук целлофановый пакет, принялся ходить по квартире.

Безусловно, с ним было что-то не так. Это он хорошо понимал. Так же хорошо, как и то, что он ДЕЙСТВИТЕЛЬНО плохо выглядит. Очень плохо.