И лишь позднее, когда насытившиеся дети уснули на своих газетных лежбищах, он коротко поведал Соне, что именно его ждет.

– Джонни, не делай этого, они тебя убьют, – Соня тихо плакала.

– Другого выхода нет, иначе мы все погибнем. А так есть, все-таки, шанс. И этот шанс – единственный. В любом случае, у вас не будет таких проблем, как сегодня. Для меня это самое главное.

– Да проживем как-нибудь, живут же другие… Может, тебе удастся все-таки найти работу где-нибудь в Стране?

– Я же тебе говорил… Ни в Страну, ни в Милитари-эриа меня не подпустят и близко – я пожизненно лишен лайсенза и попал в списки. Раз мне дали Зеленый билет – это все, конец. И не только для меня. И у тебя, и у наших детей нет никакого будущего, кроме Донорского центра и …. – Джонни осекся, боясь выговорить страшные слова о том, чем занимается Соня и к чему уже приближалась Даша.

На следующий день они пешком, неся в руках все свое имущество, перешли в Образцовый поселок. Их разместили в отдельной двухкомнатной квартире, выдали необходимые карточки и пропуска. Джон провел с семьей еще одну ночь, а рано утром ушел: предстояло готовиться к "Игре".

Семья, кажется, поняла, что, если кто-нибудь, кто бывает по работе в "Стандарт-Зон" и случайно увидит там их телевидение, скажет, что Джон совершил преступление и его разыскивают, что он сам видел его портрет по ТВ, надо говорить, что тот парень просто похож на нашего Джонни. А наш Джон получил хороший Билет и работает где-то в Стране. Иначе можно снова всего лишиться.

Вайся вот уже третий день наслаждался красотой окружающего мира и своим местом в нем. Третий день он стоял у входа в "Метрополь" и перед его глазами проходили и проезжали самые-самые, элита из элит. Как хорошо, что Бог дал ему таких родственников и такую внешность.

Вайся Ким родился и вот уже восемнадцать лет прожил в корейской этник-эриа "Лю-Блин-Оу". Вся его семья работала в теплицах и выращивала овощи. Вайся тоже был занят этим, и не помышлял о перемене работы, но случилось чудо.