– Во что же он влип? – спросил Бреннан.

– Нарушение правил передвижения по стране.

– Я задаю слишком много вопросов?

– Пока нет.

– О'кей, оказывается, я мчусь сломя голову через Москву с военным атташе в машине на помощь какому-то парнишке, который вместо обычного парка или какого другого места заехал, например, в зоопарк.

– Ты задаешь слишком много вопросов.

– Понял.

Некоторое время оба молчали. Лопающиеся пузыри жвачки действовали Холлису на нервы. Он по-прежнему думал о телефонном звонке. Кто был этот майор Джек Додсон? И что делал этот военнопленный в лесах Бородина? На это сможет ответить только Грегори Фишер.

– Я только что проехал припаркованную машину с фараонами, – заметил Бреннан.

Холлис оглянулся.

– Они отдыхают. У них перерыв.

– Хорошо.

Машина шла со скоростью семьдесят миль в час. По Крымскому мосту они пересекли Москву-реку, оставили справа Парк культуры имени Горького и поехали дальше на восток по Садовому кольцу. Холлис взглянул на часы. С тех пор как он покинул посольство, прошло двенадцать минут.

– Вы их видите? – спросил Бреннан.

Холлис посмотрел назад и ответил:

– Пока нет.

– Прекрасно. Если меня сцапают на такой скорости, то выпрут к черту из страны, – проговорил Бреннан.

– Это тебя волнует?

– Нет... но у меня с собой «кольт» сорок пятого калибра. Это может быть рискованно. А моя дипломатическая неприкосновенность весьма сомнительна.

– Если нас арестуют, я возьму револьвер себе и заболтаю их.

– Ха... это здорово. И все же я устал от этой проклятой страны.

– Следи за дорогой.

Бреннан мчался по Пятницкой. Он сунул в рот еще жвачки.

Холлис приподнял левую штанину джинсов и вытащил из голенища сапога десантный нож. Он сунул его под куртку за ремень. Бреннан молча наблюдал за ним краем глаза.