Уилл кивнул в ответ, продолжая писать. Это был стройный, крепко сложенный, еще не старый мужчина пятидесяти четырех лет, с мощной шеей и широкой грудью. Его руки налились силой и потемнели от загара еще на летних работах на стройках, где он подрабатывал во время учебы в колледже после вьетнамской войны. У Уилла голубые глаза, а поседевшие на висках черные волосы зачесаны назад. Как правило, он смотрит на людей с тем же выражением, что и сейчас в машине, – голова немного наклонена набок, вид полусонный, но взгляд очень внимательный. А когда Уилл улыбается, его лицо убеждает людей, что он их понимает и они ему симпатичны. Чаще всего так и есть.

– Джо, последи сегодня внимательно за Мединой. Рот на замке, глаза открыты. Ты и в самом деле сможешь кое-что понять.

"Рот на замке, глаза открыты. И ты сможешь кое-что понять" – одно из самых главных наставлений Уилла.

Захлопнув календарь, он сунул его в кейс и щелкнул замком. Снова взглянул на часы, потом откинулся на подголовник и прикрыл веки, следя, как бульвар Тастина, застроенный домами представителей среднего класса белого населения, переходит в квартал Санта-Аны.

– Ну как сегодня работалось?

– Все спокойно, сэр.

– Здесь всегда спокойно, когда нет драк или расовых волнений.

– Точно.

На данный момент я занимаю должность помощника шерифа в Полицейском управлении округа Ориндж и работаю, как и все вновь назначенные помощники, в Центральном тюремном комплексе. Я уже четыре года отпахал в этой тюрьме. В будущем году мне предстоит держать экзамен на патрульного, и я стану настоящим копом. Сейчас мне двадцать четыре года.

Я устроился помощником шерифа по совету Уилла. До того как стать старшим инспектором, он тоже занимал эту должность. Уилл считал, что для меня это вполне подходящая работа, а кроме того, полезно иметь своего человека в управлении шерифа.