И только спустя несколько дней Инна снова позвонила мне. Спросила:
- Тебе их не хватает?
Я не знал, что ответить. Честно. Поэтому молчал. Инна тоже молчала. Так мы и сидели много минут с трубками у уха, не открывая рта.
- Что-то ведь должно было измениться? - говорила моя сестра. - Ну, после их смерти. Что ты почувствовал, когда закапывали урны?
Удивление. Я стоял и удивлялся тому, как изменились мои мертвые родители, во что превратились их лица. Как поседели волосы. Как гладко прошла их смерть.
- Тоже самое, - говорила Инна и добавляла: на кладбище я почувствовала себя полной дурой. Стояла там и не понимала, что происходит. Кто те двое, когда-то бывшие моими папой и мамой? Мне показалось, что это были совсем не они.
Я отвечал:
- Не знаю.
Инна рассказывала мне о том, как она тайком отсыпала немного пепла в собственную урну, которую специально купила в магазине, торгующем восточными побрякушками.
- Для памяти, - объясняла моя сестра.
- Говорят, мертвые приходят к нам во снах, - говорил я и спрашивал: они навещали тебя?
Нет. Инне вообще ничего не снилось. Мне тоже.
- Что будем делать дальше? - спрашивала Инна. - Как нам теперь быть?
Я вздыхал и говорил:
- Нужно решить все вопросы с бумагами. Определиться с продажей их квартиры и дачи. А там - посмотрим.
С тех пор мы часто возвращались к теме родителей и их смерти. Постоянно обсуждали это, но никогда не получали ответов. Возможно, оттого, что не могли определиться с вопросами.
7
В последнее время мне постоянно снится один и тот же сон.
Апрель. Утром, когда улицы еще пустынны и в воздухе приятно пахнет грозой, двое мужчин сидят на ступеньках продуктового магазина, ожидая его открытия.